Рубрики

Произведение искусства в эпоху его механической воспроизводимости

Фонетизация письма — исторического источника и структурной возможности философии как науки, условия эпистемы — начинает захватывать мир культуры. Однако особенностью нашей эпохи является то, что наука в своем движении не может больше этим довольствоваться. Такое несоответствие ощущалось и раньше, но сегодня …оно усугубляет нашу неспособность превратить это ново-образование в основу изменения, эксплицитности, аккумуляции, ре-волюции или традиции. Ценности эти, несомненно, принадлежат той системе, разлад которой сегодня очевиден; они описывают стили исторического движения, которое, как и само понятие истории, имело смысл только в логоцентрическую эпоху.
Идея науки и идея письма — следовательно, и идея науки письма — имеют для нас смысл только с точки зрения их источника и только в том мире, в котором уже есть некое понятие знака (позднее я назову его определенным понятием знака) и некое понятие отношения между речью и письмом. Отношение между речью и письмом в высшей степени детерминировано…
* Из книги «О грамматологии» (Of Grammatology, Johns Hopkins University Press, 1976, pp. 4-5, 6-10). Перевод Г.КГизатовой и О.Г.Ивановой.
Медленно, едва ощутимо все то, что по крайней мере в течение двадцати веков складывалось и наконец сформировалось под названием языка, начинает трансформироваться в то, что может быть названо письмом. Представляется, что …понятие письма начинает выходить за пределы языка, более не означая особой производной, вспомогательной формы языка в целом (понимаемого как коммуникация, отношение, выражение, обозначение, конструирование смысла или мысли и т. д.), не представляя собой внешней стороны, несущественного дубликата более важного означающего — то есть означающего означающего. Таким образом, письмо охватывает язык во всех смыслах этого слова. Не то чтобы слово «письмо» перестало представлять собой означающее означающего: представляется (и это может показаться странным), что «означающее означающего» уже не подразумевает несущественного дублирования и вторичности. Напротив, «означающее означающего» описывает движение языка — разумеется, в его начале, — но можно уже полагать, что начало, структура которого может быть выражена как «означающее означающего», скрывает и стирает себя в ходе своего собственного производства.
{…} Конечно, не случайно то, что поглощение {языка письмом} происходит в тот момент, когда расширение понятия языка стирает все его границы. Мы увидим, что это поглощение и это стирание имеют один и тот же смысл, что они суть одно и то же явление: так, как если бы было обнаружено, что западное понятие языка маскирует собой первоначальное письмо.. , как если бы то, что мы называем языком, могло быть в своем возникновении и завершении лишь моментом, существенной, но детерминированной формой, явлением, аспектом, разновидностью письма.

Comments are closed.

  • 777